«Ответственность — это не ограничение, а пропуск в профессию»: Елена Березина о работе в «Российской газете», мастерской «Российской газеты» и важности критического мышления
— В «Российской газете» Вы возглавляете экономическое направление. Как Вы пришли к экономической журналистике? Это был осознанный выбор или логика профессионального роста?
Это был осознанный выбор, хотя всё началось с подработки в экономическом журнале «Московский бухгалтер». Мы писали про налоги, малый бизнес, решения московских властей. Потом я органично перешла в «Известия», где занималась спецпроектами на правовую и налоговую тематику, выпускала приложения по личным финансам. Экономика мне всегда нравилась.
Большинство студентов хочет работать в культуре или спорте — видимо, потому что это ближе и интереснее. Но не надо путать работу и увлечения. Экономикой пронизаны все сферы жизни: вы не купите билет на матч или спектакль без денег. Демография, социальная сфера, культура — всё это экономика. Поэтому я за экономическую журналистику: она влияет на нашу жизнь как никакая другая область. И я стараюсь даже в рамках мастерской привить ребятам если не любовь, то хотя бы уважение к экономической теме.
— «Российская газета» — официальный печатный орган правительства. Как Вы объясняете молодым журналистам, где проходит граница между свободой слова и ответственностью в работе государственного СМИ?
Нужно понимать разницу между официальным СМИ и блогерами или телеграм-каналами. У СМИ есть лицензия, её могут отозвать. Статус легитимизирует всё, что вы делаете, и люди доверяют этому. В каналах может быть что угодно: фейки, манипуляции, мнения — и их автор не несёт никакой ответственности.
Официальные СМИ всё проверяют по десять раз и преподносят факты так, чтобы не провоцировать панику. Помните пандемию ковида: паника из-за слухов создала пустые полки, хотя продукты были на складах. Журналисты должны думать о последствиях. В гос СМИ ответственность особенная: всё, что мы публикуем, — стопроцентно выверенная информация.
Границ чётких нет, это вопрос здравого смысла. Люди идут в СМИ не только за информацией, но и за её валидацией — подтверждением, что это правда. Поэтому мы всегда выбираем точность, иногда в ущерб скорости.
— Но ведь многие читатели по-прежнему доверяют старой доброй бумаге...
Дело не в том, что печатное издание само по себе вызывает доверие. У нас есть и бумага, и интернет-ресурсы. Те медиахолдинги, где сохранилась бумага, — это холдинги с большой историей. Бумага сейчас — премиум-продукт, не каждый может позволить себе выпускать газету. Но доверие аудитории — это доверие бренду, а не конкретному носителю. Люди верят официальному СМИ с историей, прозрачностью, авторитетом. Это не про платформу, канал или бумажное издание, это про бренд.
— «Российская газета» сегодня — это не только газета, но и крупный мультимедийный холдинг. Как выстраивается работа между бумажной и цифровой версиями?
Сайт «Российской газеты» появился в 1999 году — более четверти века назад. В основе — конвергентная журналистика: у нас нет чёткого разделения на бумагу и на сайт. Есть техническая редакция, которая занимается упаковкой и дистрибуцией материалов, и есть журналисты, которые производят контент: ездят в командировки, берут интервью, готовят репортажи. Все работают в тесной связке, это кросс-командная работа.
В любом случае сначала всё выходит в цифре — просто потому, что издание технологически требует время на печать. То, что можно выдать в соцсети за секунды, на бумаге появится только через несколько часов. Поэтому работа выстраивается органично, все принципы качественной журналистики мы соблюдаем десятилетиями.
— Какие профессиональные вызовы стоят сегодня перед Вами и перед медиаиндустрией в целом?
Вызовы стоят каждый день. Меняется медиапотребление: люди переходят к бесшовному потреблению — они не заходят на сайты, а смотрят новости в нейровыдаче, в поисковиках. Им всё равно, откуда пришла информация — от «РГ», «Комсомольской правды» или «Коммерсанта». Мы становимся сильно зависимы от алгоритмов платформ, и эти алгоритмы непрозрачные, постоянно меняются. Нас ограничивают и пессимизируют — те же YouTube и Google перекрыли кислород многим российским СМИ. Но роль авторитетных СМИ будет только усиливаться: чем больше люди пользуются ИИ и нейровыдачей, тем выше ответственность тех изданий, на которые опираются поисковые машины.
— В ноябре 2025 года в редакции «Российской газеты» уже во второй раз стартовала мастерская «Российской газеты» для студентов Института медиа ВШЭ. Как родилась эта идея?
Благодаря желанию руководства Института медиа дать студентам максимум практической подготовки. Когда я училась, у нас такого не было — нужно было ходить по редакциям, носить портфолио, надеяться, что хоть кто-то опубликует. А сейчас студентам даётся уникальный шанс окунуться в реальную жизнь медиа и понять, хотят ли они вообще работать в этой сфере и в каком направлении. Очень часто человек хочет писать тексты, а на деле ему это не нравится, или ему ближе SMM, визуальный контент, маркетинг. Мастерская позволяет попробовать всё.
Конкурс — 4 человека на место — показывает, что проект востребован.
— Что для Вас самое важное в этой программе? Что студенты должны вынести в первую очередь?
Хочется, чтобы ребята поняли, как работает реальное медиа, и решили для себя: хотят они в нём работать или нет. И, конечно, почувствовали ответственность за каждое опубликованное слово.
— Лучшие выпускники получают возможность трудоустройства. Есть уже такие примеры?
Да, у нас есть ребята, которые остались. Кирилл Каштанов — он в этом году закончил бакалавриат и поступил в магистратуру, пишет про финансы, дважды получал премию «Финкор» Минфина России; Настя Каленицкая — в проекте «Технологии»; Соня Ефремова — специализируется на туризме, HR, рынке труда. В отделе маркетинга — Анна Барышева. К проекту «Кинократия» присоединились Никита Ерофеев, Карина Литынская, Настя Кулиева попала в отдел экономики и социальных проблем. Мы надеемся, что этот важный для нас проект будет развиваться и дальше.
— Помимо мастерской, Вы проводите мастер-классы для студентов ВШЭ. Преподавание — это ведь совсем другой ритм, чем редакционная работа. Что Вам даёт эта работа со студентами?
Во-первых, мне хочется показать реальную жизнь СМИ, потому что теория и практика — это совершенно разные вещи. Я присматриваюсь к студентам в надежде затащить их к нам. А с другой стороны, студенты сейчас очень сильные: вы отлично пишете тексты, монтируете видео, умеете делать ролики, пользоваться нейросетями. У возрастных журналистов на это уходят часы и дни, а вы справляетесь за минуты. Нам есть чему у вас поучиться. Хочется как влить молодую кровь в наш медиахолдинг, так и дать вам возможность начать карьеру в крупном официальном СМИ с хорошей репутацией.
— Чему, на Ваш взгляд, нужно учить будущих журналистов в первую очередь?
В первую очередь — критическому мышлению и здравому смыслу. Почти всему можно научиться, но вот умение критически воспринимать информацию, не верить вбросам, не бежать с новостью к редактору, а сначала подумать — это важнейшее качество. И ещё: проще относитесь к критике. Когда редактор говорит «не подходит», он критикует продукт, а не вас лично. Вы часто воспринимаете это как удар по самолюбию. Но редактору часто некогда объяснять — надо просто переписать. Не принимайте на свой счёт.
И ещё: вам проще написать сообщение, чем позвонить. Но иногда нужно звонить. Я не раз сталкивалась: человек хочет работать в международном отделе, я говорю: «Напиши редактору». Он пишет в телеграм — и три дня ждёт ответа, хотя редактору приходят сотни сообщений в день, и ваше в них просто тонет. Иногда проще взять и позвонить по старинке.
— Как Вам удаётся совмещать всё: редакцию, экономический блок, мастерскую, преподавание? Есть ли личный ритуал или привычка, которая помогает не выгорать?
Стараюсь не скроллить ленту в свободное время, а читать книги — и профессиональные, и художественные. Если книга хорошая, погружаюсь и отдыхаю. И советую ходить на природу: я катаюсь на лыжах, велосипеде, летом на сапах. Физическая активность отвлекает от интеллектуальной работы. Иногда проблема, над которой сидишь часами, решается за несколько минут прогулки в лесу. Отдыхайте, не ругайте себя за право на отдых: лень — это плохо, а отдых — это хорошо.
— Если бы у Вас была суперспособность, связанная с журналистикой, — что бы Вы выбрали?
Я бы выбрала способность мгновенно проверять факты. Сейчас это была бы просто реальная суперспособность, потому что фактчекинг лежит в основе современной журналистики и закрывает главную проблему — не скорость, а достоверность.
Елена Анатольевна Березина — пример того, как сочетать высокую ответственность государственного СМИ с искренним желанием передать опыт новому поколению. Мастерская «Российской газеты» уже стала визитной карточкой Института медиа, и главный совет студентам — не бояться критики, развивать критическое мышление и помнить, что экономика пронизывает всё. И, конечно, иногда откладывать телефон в сторону и идти в лес — за свежими идеями.
Лобанова Дарья, 1 курс, ОП «Медиаменеджмент»