«Место действия — Сибирь». Как кино формирует образ территории и производит смыслы для креативной экономики
В сессии участвовали эксперты федерального и регионального уровня: представители госуправления, продюсеры, юристы в сфере интеллектуальной собственности, руководители кинокомиссий и образовательных институций. Разговор шёл о кино как о секторе креативной экономики, у которого есть своя цепочка создания стоимости, правовая архитектура и мультипликативный эффект для смежных отраслей. Открывая дискуссию, Дмитрий Шелухин обозначил рамку разговора: переход от Сибири как «просто места действия» к Сибири как «месту производства и владения смыслами». По его словам, более 77% ёмкости рынка забирают компании федерального центра, поэтому бюджеты, кадры и добавленная стоимость не задерживаются на территории. Гипотеза сессии состояла в том, что у Сибири есть потенциал сломать эту монополию за счёт масштаба, промышленного авангарда и культурных кодов Енисейской Сибири, Алтая и Бурятии. Модератор сформулировал ключевой вопрос: можно ли говорить о Сибири как о месте, где владение производством и интеллектуальной собственностью является нормой, а кино работает мультипликатором для туризма, музыки, гастрономии и других секторов креативной экономики.
Индустрия, которая генерирует деньги, или индустрия, которая их поглощает
Представитель Управления Президента РФ по общественным проектам Владимир Костеев отказался от дихотомии «патриотические смыслы или экономика». По его мнению, всё кино должно быть патриотическим, и развивать производство на местах, безусловно, нужно. При этом статистика задаёт жёсткие вопросы: 90% фильмов в прокате не окупились. Отсюда рамка: способно ли региональное кино быть не только драйвером смыслов, но и драйвером экономики? Он привёл пример спагетти-вестернов, а также фильмов «Начальник Чукотки» и «Девчата», которые снимались вдали от места действия. Его тезис: фильм про Сибирь не обязательно снимать в Сибири, важнее нарратив и ответ на вопрос «зачем». Если нет ответа на вопрос, зачем мы это делаем, всё остальное становится блужданием в темноте, резюмировал он. Руководитель юридического департамента Газпром-медиа холдинга Наталья Ганичева привела статистику господдержки. Фонд кино в 2024 году выделил 10,2 млрд рублей, в 2025 году 4 млрд, число проектов выросло с 63 до 106. Минкультуры поддерживает до 70% стоимости производства, но не более 100 млн рублей, а для дебютов до 100% при лимите 60 млн. Региональные компенсации составляют около 400 млн рублей и покрывают часть расходов на локализацию съёмок, но в 99% случаев это деньги постфактум. Она подчеркнула, что наличие компенсации не поможет собрать денег сейчас, поскольку съёмки остановятся из-за отсутствия средств. Значительная часть проектов проваливается уже на юридической экспертизе, не доходя до сценарного отбора. По её словам, практические знания должны быть в регионе.
Дмитрий Шелухин уточнил масштаб: региональные компенсации превышают 400 миллионов, и это примерно сумма на один полный метр. Выяснилось, что чаще всего лимит возврата составляет 30% от затрат внутри региона, а не от всего бюджета фильма. Креативный продюсер Газпром-медиа холдинга Георгий Рюмин назвал базовые проблемы регионов: инфраструктура размещения группы из 40 и более человек, возможность брать второй состав на месте. Он привёл притчу о двух группах, одной из которых дали бюджет на сто короткометражек, а другой на одну крутую. Призовые места заняли люди из первой группы, потому что за сто фильмов они научились снимать всё. Рюмин предложил рассматривать кино как инструмент социальных изменений. Важно не столько то, сколько зрителей посмотрело фильм, сколько то, что изменилось в городе. Примером стал Рыбинск, где после сериала появились туристические маршруты и таблички. Совет региональным продюсерам: у федеральных проектов, приезжающих за компенсациями, просить права на название фильма на территории региона, чтобы монетизировать бренд внутри.
Первый заместитель генерального директора «Енисей Кино» Александр Червов рассказал, что в 2023 году на компенсации выделили 50 млн, а реализовали лишь 8 млн. В 2024 и 2026 годах освоены все 50 млн, при этом кинематографисты ежегодно тратят в регионе 180–200 млн. Регион тянет один большой и один маленький проект, а просадка происходит по специалистам. За три года красноярскими артистами сыграно около 500 ролей, в массовке приняли участие более 250 тысяч жителей края, задействовано около 130 специалистов второго звена. Порядок субсидий пересматривается ежегодно, и один из критериев теперь предполагает участие в обучении персонала.
Дистрибуция, этническое кино и экспорт смыслов
Продюсер и генеральный директор «Ого кино» Антон Киселёв заявил, что ключевой тезис должен сместиться: Сибирь не место, где снимают кино, а территория, которая производит кино. Права и возможности монетизации уезжают вместе с федеральными компаниями, а регион теряет доходы от смежных направлений: туризма, моды, музыки, гастрономии, образования. Режиссёр и основатель «Алтайфильм» Михаил Кулунаков поделился, что фильм «Тропа» на алтайском языке имел бюджет около 3 млн рублей. Следующий проект с московской компанией стоил около 70 млн. Проблема этнического кино в том, что московские компании просят убрать этническую составляющую и переписать сценарий под съёмки условно под Москвой.
Дмитрий Шелухин высказал более широкий тезис: всё, что обсуждается, это перекачка ВРП в ВРП. С точки зрения экономики единственное, чем ВВП может привлечь, это экспорт продукции. Он предложил задуматься об экспорте смыслов, где Сибирь может стать драйвером.
Образование, права и банк историй
Директор Института киноиндустрии СФУ Василий Нелюбин напомнил о кинематографической родословной Красноярска: в советское время здесь снимали практически все великие режиссёры. В 1960 году в городе жило около 400 тысяч человек, сейчас почти 1,3 млн. Вызовы схожие, но решать их приходится в условиях промышленной революции. Он привёл пример якутской модели: создано автономное учреждение, режиссёры и операторы работают как на производстве, а местные компенсации фактически превращаются в премии. Наталья Ганичева сделала акцент на человеческом факторе: кино это сообщество, а экспертиза, которая будет повышена в регионе, хорошо сыграет в дальнейшем. Она привела пример Красноярска как гастрономической столицы, о которой не знала московская команда, и предложила распространить этот опыт на кино. Владимир Костеев предложил создать центр компетенций по нарративам, то есть банк историй, героев и мест съёмок. По его мнению, лучше, чем местные эксперты, ответа на вопрос, какой образ территории нужно сформировать, не знает никто.
Кино как инструмент социального проектирования
Завершая сессию, Дмитрий Шелухин поблагодарил участников. Прозвучали конкретные предложения: сместить акцент с тезиса «Сибирь как локация» на тезис «Сибирь как производитель», развивать экспертизу в регионах, удерживать права и бренды на территории, создавать банк историй, рассматривать кино как инструмент социальных изменений и мультипликатор для смежных секторов креативной экономики.
Институт кино Факультета креативных индустрий НИУ ВШЭ в 2024 году провёл исследование регионального кино Дальнего Востока, в котором Якутия заняла первое место с индексом 45. Якутия является единственным регионом, который снимает более десяти полнометражных художественных фильмов в год.