• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Контакты

E-mail: cmd@hse.ru

Руководство
Заместитель декана по работе с абитуриентами Афанасьева Ольга Валентиновна
Заместитель декана Кирия Илья Вадимович
Заместитель декана Ривчун Татьяна Евгеньевна
Первый заместитель декана Солодухин Олег Юрьевич
Заместитель декана Тихомирова Татьяна Борисовна
Заместитель декана Шелухин Дмитрий Викторович
Образовательные программы
Бакалаврская программа

Дизайн

4 года
Очная форма обучения
52/300/30
52 бюджетных мест
300 платных мест
30 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Журналистика

4 года
Очная форма обучения
40/75/15
40 бюджетных мест
75 платных мест
15 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Медиакоммуникации

4 года
Очная форма обучения
40/140/15
40 бюджетных мест
140 платных мест
15 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Мода

4 года
Очная форма обучения
80/5
80 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Реклама и связи с общественностью

4 года
Очная форма обучения
35/200/30
35 бюджетных мест
200 платных мест
30 платных мест для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Бакалаврская программа

Современное искусство

4 года
Очная форма обучения
100/3
100 платных мест
3 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Дизайн

2 года
Очная форма обучения
20/70/5
20 бюджетных мест
70 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Дизайн интерьера

2 года
Очная форма обучения
15/1
15 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Журналистика данных

2 года
Очная форма обучения
20/10/2
20 бюджетных мест
10 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Интегрированные коммуникации

2 года
Очная форма обучения
15/20/2
15 бюджетных мест
20 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Кинопроизводство в мультиплатформенной среде

2 года
Очная форма обучения
15/15/1
15 бюджетных мест
15 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Коммуникации в государственных структурах и НКО

2 года
Очная форма обучения
15/10/1
15 бюджетных мест
10 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Коммуникации, основанные на данных

2 года
Очная форма обучения
25/1
25 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Коммуникационный и цифровой дизайн

2 года
Очная форма обучения
50/2
50 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Критические медиаисследования / Critical media studies

2 года
Очная форма обучения
10/10/1
10 бюджетных мест
10 платных мест
1 платное место для иностранцев
ENG
Обучение ведётся на английском языке
Магистерская программа

Менеджмент в СМИ

2 года
Очная форма обучения
20/10/2
20 бюджетных мест
10 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Мода

2 года
Очная форма обучения
30/2
30 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Производство новостей в международной среде

2 года
Очная форма обучения
15/2
15 платных мест
2 платных места для иностранцев
ENG
Обучение ведётся на английском языке
Магистерская программа

Трансмедийное производство в цифровых индустриях

2 года
Очная форма обучения
20/15/1
20 бюджетных мест
15 платных мест
1 платное место для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках

«Все говорят, нет правды на земле...»

Новая колонка декана Факультета коммуникаций, медиа и дизайна Андрея Быстрицкого о современной информационно-коммуникационной среде.

«Все говорят, нет правды на земле...»

Но нет её и выше, замечает Сальери в «Моцарте и Сальери» Пушкина. И похоже, что современный информационно-коммуникационный мир является совершенно уникальной иллюстрацией этого утверждения. Распад реальности, порождённый интернетом, ведёт нас к крушению мира, причём быстрее, чем все конфликты и коронавирусы вместе взятые, пишет Андрей Быстрицкий, председатель Фонда клуба «Валдай». 

Мир, как всегда, полон вызовов, проблем и угроз. Изменения климата пугают чудовищными последствиями. Вспышки смертельно опасных инфекций, происходящих, как выясняется, от неосторожного поедания змей и летучих мышей в Ухане, вызывают повсеместную панику. Никуда не делись и довольно кровавые конфликты, подчас угрожающие глобальными войнами и бесчисленными разрушениями. В очень многих, даже вроде бы благополучных странах мы видим проявления серьёзного социального недовольства. Я уж не говорю о вечных опасениях экономических потрясений и разорения, да и ещё о многом другом, что тревожит нервное и недальновидное человечество.

Однако в последнее время особенно проявилась ещё одна беда, ещё одно обстоятельство, которое способно многократно усилить воздействие каждой проблемы, волнующей людей. И это обстоятельство – новая информационно-коммуникационная среда, что возникла буквально за последние два-три десятилетия. То, что не очень точно и излишне обобщённо мы называем интернетом.

Меня, например, поразило, что в Тюмени, рядом с которой разместили россиян, эвакуированных из Китая в связи с коронавирусом, вспыхнула вовсе не эпидемия заболевания, а интернет-эпидемия довольно злобных и совершенно недопустимых постов в социальных сетях, которые в равной мере проиллюстрировали склонность множества людей и к ненависти к себе подобным, и к сознательной или бессознательной дезинформации.

В общем, дело в том, что упомянутая информационно-коммуникационная среда (социальные сети, мессенджеры и прочие технологические находки интернета) в очень существенной степени ослабила нашу возможность отличать правду от лжи, наше умение проверять факты и находить более или менее достоверные сведения.

Упомянутая уже эпидемия «коронавируса» сопровождается бурным потоком совершенно непроверенных сообщений то о сотнях тысяч заболевших, то о горах трупов в клиниках, то ещё бог весть о чём не только в Тюмени, а по всему миру.

А то, например, как обсуждается климат, вызывает откровенное изумление: картины мира, системы фактов у сторонников разных теорий отличаются настолько радикально, что возникает вопрос, какие могут быть дискуссии в такой ситуации? Представления о том, что происходит на Ближнем Востоке, в значительной степени перестали зависеть от реальной информации и превратились в следствие тех или иных убеждений, происхождение которых, кстати, тоже неочевидно.

Конечно же, можно возразить, что достоверная информация всегда была дефицитом. И во времена крестовых походов, к примеру, расхождения в картинах мира Ричарда Львиное Сердце и у Саладина были не менее, если не более, радикальными, чем расхождения между представлениями аятоллы Али Хаменеи и Дональда Трампа. Но сотни лет назад поток информации был настолько слаб, а число носителей знания, принимающих решения, столь невелико, что существовала возможность некой – хотя и медленной, и искажённой – дискуссии для выяснения, а что же всё-таки происходит на самом деле.

Нынешний бушующий информационный океан делает достижение какой-то более или менее всеми разделяемой истины крайне сложным, если и вовсе не невозможным.

В сущности, вызов не в том, что не хватает информации, не в том, что люди думают по-разному и чаще всего предвзяты, не в том, что одни сознательно, а другие бессознательно врут. Вызов не в этом, такое было всегда: несовершенная природа человека изменилась мало. Вызов в том, что по ряду причин человеческая способность компетентно работать с информацией сильно понизилась. Распался механизм проверки информации, исчезла иерархия новостей, потерян контроль общества за циркулирующими в нём сведениями.

И именно поэтому, как мне представляется, все текущие проблемы катализируются и делаются в разы более опасными именно из-за распада мировой информационной системы. И простые граждане, и элиты, и всякого рода учёные эксперты оказались лишёнными возможности конструктивной дискуссии как из-за неукротимого потока информации, достоверность которой сомнительна, так и из-за распада необходимой для культуры и цивилизации иерархии как новостей, сведений, фактов, так и источников этой информации. В каком-то смысле произошла девальвация и экспертного мнения, и профессиональных медиа, которые оказались не более весомыми, чем мнения простака с улицы. Сказанное не означает, конечно, что мнение взбалмошного подростка не имеет права на существование, но вот должно ли оно приравниваться к мнению компетентного учёного или опытного политика?

Не удержусь от ещё одной цитаты из «Моцарта и Сальери»:

Моцарт

Сейчас. Я шёл к тебе,
Нёс кое-что тебе я показать;
Но, проходя перед трактиром, вдруг
Услышал скрыпку... Нет, мой друг, Сальери!
Смешнее отроду ты ничего
Не слыхивал... Слепой скрыпач в трактире
Разыгрывал voi che sapete. Чудо!
Не вытерпел, привёл я скрыпача,
Чтоб угостить тебя его искусством.
Войди!

Входит слепой старик со скрыпкой.

Из Моцарта нам что-нибудь!

Старик играет арию из Дон-Жуана;

Моцарт хохочет.

Сальери

И ты смеяться можешь?

Моцарт

Ах, Сальери!
Ужель и сам ты не смеёшься?

Сальери

Нет.
Мне не смешно, когда маляр негодный
Мне пачкает Мадонну Рафаэля,
Мне не смешно, когда фигляр презренный
Пародией бесчестит Алигьери.
Пошёл, старик.

Моцарт

Постой же: вот тебе,
Пей за моё здоровье.

Старик уходит.

Но если во времена Пушкина старик безропотно удалился выпить стаканчик, то сегодня он, похоже, выгнал взашей и Моцарта, и Сальери.

И потому возможно, что мы недооцениваем главную угрозу современному человечеству: угрозу информационного хаоса, способного разрушить механизмы человеческой коммуникации и вместе с ними само человеческое общежитие.

Я понимаю, что в глазах многих всё обстоит с точностью до наоборот. Настала эра интернета, невероятной свободы и скорости коммуникаций. Объёмы доступной информации растут с невероятной скоростью. Миллиарды людей объединены в социальные сети, имеют, – правда, больше теоретическую, – возможность общаться друг с другом напрямую и создавать любые сообщества. Стоит только кликнуть, как говорят, «погуглить», и вроде бы все сокровища мировой культуры перед тобой. Более того: нам обещают создать и вовсе глобальную, неизвестно кому подконтрольную информационную среду, опирающуюся на сотни и тысячи спутников. Но вот к чему это приведёт? Что в реальности?

Ей-богу, при всех этих чудесах возникает сомнение, а привело ли всё это информационно-коммуникационное изобилие к развитию более точного знания, росту просвещения или повышению уровня толерантности?

Недавно один из знакомых сообщил мне, что вступил в какое-то сообщество любителей вина, созданное вроде бы для обмена сведениями, повышения, так сказать, винно-культурного уровня. «И что, удалось ли возвыситься и просветиться?» – спросил я у знакомого. «А то, – ответил мне знакомый, – у меня появилась прекрасная возможность с удовольствием излить весь свой гнев, желчь и раздражение приемлемым образом, самоутвердиться и иметь каждый день повод для издёвок над окружающими».

Впрочем, влияние интернет-коммуникации на человека и на его моральные и прочие качества – отдельная тема. Как мне кажется, в значительной степени интернет стал безопасным способом проявления ненависти и агрессии к окружающим просто потому, что в реальном мире бросаться камнями не очень получается, можно крепко за это получить, а вот в интернет-среде это практически безопасно.

Но всё же агрессивный и раздражительный характер людей – другой вопрос. Главный вызов вовсе не в потворстве низменным качествам человека, для которых интернет оказался питательным бульоном. Центральная проблема – возможность пользоваться информацией и принимать на основании сколь-нибудь достоверных сведений разумные решения.

Совсем недавно Стивен Кинг сообщил, что закрывает свою страничку в «Фейсбуке», потому что эта социальная сеть полна фальшивой информации, совершенно ложных сведений. И так думает не только писатель Кинг.

Дело в том, что, создав информационное изобилие, породив невиданную зависимость от потоков мнений и новостей неизвестного происхождения, человечество не смогло придумать достойные институты регулирования этих потоков, организовать систему ответственности пользователей и проверки поступающих в сеть сообщений.

В своё время, когда появились электронные медиа, – более ста лет назад, – были созданы, например, «общественные» СМИ (public service broadcasting). Идея была проста: в условиях бурного развития электронных коммуникаций – радио и телевидения – прежде всего нужно укрепить информационную иерархию, информационную пирамиду. «Общественные» СМИ – такие как «Би-би-си», например, – были созданы независимыми от рекламы, поскольку содержались за счёт взносов граждан (licence fee)и контролировались представителями общества в виде всяких наблюдательных советов и тому подобного. Лучше или хуже, но это долгое время работало. Естественно, в сочетании с законами, регулирующими работу СМИ.

Увы, но ныне эта система не слишком эффективна. Хотя бы потому, что в электронном мире практически нет границ и очень слабо регулирование. 

Дело в том, что интернет и, прежде всего, коммуникационные платформы создали совершенно новую среду, в которой количество СМИ сопоставимо с населением Земли. В известном смысле каждый, у кого есть доступ к интернету, имеет возможность распространять информацию неопределённому кругу лиц, ограниченному в общем-то численностью населения Земли.  

И это если не считать инопланетян, которым, не исключено, доступны все наши сообщения. А всё управление этим новым информационно-коммуникационным миром сосредоточено в руках буквально нескольких людей, которые никакому контролю не подвластны: владельцев и администраторов социальных сетей, телекоммуникационным операторам. Ничуть не подозревая их в злонамеренности, нельзя и забывать, что во многом нынешняя картина сложилась потому, что в очередной раз возникла опасная иллюзия, будто люди сами по себе хорошие и способны к саморегулированию. Забавно, что гипербогатые мегакапиталисты, владеющие всякими фейсбуками и твиттерами, оказались сторонниками левых идей. В своё время ещё классики марксизма писали, что в будущем не будет нужно государство, поскольку просвещённые люди будут сдерживать порывы и легко унимать распустившихся, чрезвычайно редких буянов. Увы, лишённые институтов и регулирования, законов и систем люди могут породить только что-то вроде фашизма или дикой анархии, которая всё равно завершится тоталитарным и насильственным решением. 

Социальные сети сегодня – трудно регулируемая толпа, подверженная химерическим взглядам, панике, ненависти и предвзятости. И размер этой толпы имеет тенденцию расти. В силу же отсутствия регулирования в новой информационно-коммуникационной среде, в своего рода «мире-2», и присутствия в обычном мире, «мире-1», демократических институтов происходит очень опасный процесс втягивания всё большего количества людей в «мир-2», с одной стороны. А с другой – растёт влияние интернет-среды на повседневную жизнь государств, прежде всего, повторю, демократически организованных.

Фейковые новости, даже будучи разоблачёнными, влияют на реальные голосования. Их изобилие, разнообразие и эмоциональная острота погружают избирателей в мир бесконечной неустойчивости, в котором невозможно разобраться, что правда, а что ложь. Повторю, дело не в том, что люди прежде не врали. Просто ложь была сравнительно устойчива. Земля стоит на четырёх слонах, например. И это позволяло как-то ориентироваться. Сегодня же утренний фейк о том, что один слон заболел, разоблачается к обеду, а вечером появляется ещё что-то новое о черепахе, на которой слон теперь не стоит, а лежит, но и это тоже недостоверно и не проверено.

В результате развивается растерянность, когнитивный диссонанс, который приводит к рабскому следованию за кумирами, некритическому восприятию реальности, дроблению обществ на непримиримые конфликтующие группы, готовые уничтожать друг друга. Вообще-то, это прямая дорога к фашизму или чему-то сходному.

Так что на повестке дня два вопроса.

Первый – как нам регулировать существующую информационно-коммуникационную среду. Причём регулирование, во всяком случае полноценное, может быть только международным. То есть на мировом и национальном уровнях необходимо выработать систему законов, обязательных к исполнению. Эта система должна прежде сформулировать решение проблемы ответственности, проверки в сочетании с поддержанием свободы коммуникаций. Грубо говоря, фейсбуки, твиттеры и телеграмы должны подчиняться законам.

Второй касается поведения людей в интернет-среде. В какой-то мере нам необходимо сблизить правила двух миров – электронного и неэлектронного. Я периодически размышляю о введении чего-то сопоставимого с «интернет-гражданством», с полной и точно деанонимизацией интернет-среды. Как люди в старом привычном «мире-1» отвечают за свои действия, так же они должны отвечать и в мире электронном, в «мире-2». Мультиплицированная сплетня, которой во многом является сегодня интернет, должна сопровождаться такими же последствиями, как сплетни и оговор в традиционном обществе. Заведомо ложные сообщения должны караться вне зависимости от среды, в которой они распространяются.

Может быть, стоит подумать и о воссоздании чего-то вроде public service broadcasting, но в интернет-среде. Это, конечно, должны быть новые мультимедийные платформы, агрегаторы нового класса, если хотите, управление которыми должно носить общественный и прозрачный характер.

Конечно, это можно счесть утопией, но, в конце концов, именно утопии породили современный и во многом комфортный мир.

И в заключение. В советское время был популярен анекдотический диалог между продавцом и покупателем газет. «Есть ли “Правда”»?» – спрашивает покупатель. «“Правды” больше нет», – отвечает продавец. «А “Известия”?» «“Известий” не ждите. Остался только “Труд” за три копейки». В советское время этот анекдот был грустным напоминанием о суровой реальности, но сейчас он может считаться прогнозом того, что останется людям, если нынешний информационно-коммуникационный потоп не будет введён в какие-либо берега.

Источник текста: https://ru.valdaiclub.com/a/chairman-speech/net-pravdy-na-zemle/